Глава 27. Решения – Книга Эрагон 4 Наследие

.

— Объясни мне еще раз, — попросила Насуада.

Эрагон нетерпеливо переступил с ноги на ногу, но от комментариев воздержался.

Из груды свитков и книг, сваленных перед ним на сто­ле, Джоад извлек тоненький томик в красном кожаном пе­реплете и в третий раз начал свой рассказ.

— Примерно пятьсот лет назад, насколько я могу определить…

Джормундур прервал его нетерпеливым движением руки.

— Оставь ты эти подробности. Мы и так знаем, что это всего лишь твои предположения.

Джоад начал снова:

— Итак, примерно пятьсот лет назад королева Форна послала Эрста Сероборода в Драс-Леону или, точнее, в то место, которое должно было стать Драс-Леоной…

— А зачем она его туда послала? — спросила Насуада, играя кружевами рукава.

— Межклановая борьба среди гномов была в самом раз­гаре. Форна надеялась, что сможет обеспечить поддержку нашему народу, если поможет королю Радгару с планиро­ванием и строительством города, ведь, собственно, имен­но гномы создали крепостные укрепления Ароуза…

Насуада скатала кружева в трубочку и подсказала:

— Но тут Долгратх Полубочка убил Форну…

— О да. И Эрст Серобород, не имея иного выбора, был вынужден как можно скорее вернуться в Беорские горы, чтобы защитить свой клан от посягательств Долгратха. Однако же еще до своего ухода в горы… — И тут Джоад поднял палец, призывая всех быть внимательными, и от­крыл красную книжку. — В общем, он, похоже, начал рабо­ту еще до своего ухода в горы. Главный советник короля Радгара, лорд Ярдли, пишет в своих мемуарах, что Эрст на­чал создавать план строительства канализационной систе­мы под центральной частью города, поскольку это должно было иметь значение при строительстве оборонительных сооружений.

Орик со своего места в дальнем конце стола, занимав­шего всю центральную часть шатра, заметил, одобритель­но кивая:

— Истинная правда! Всегда требуется для начала ре­шить, как распределится на местности вес укреплений, и учесть тип почвы, на которой эти укрепления будут стро­иться, иначе неизбежны провалы и осыпи.

Джоад благодарно на него посмотрел и продолжил:

— Разумеется, в Драс-Леоне и теперь нет никакой ка­нализационной системы под землей, и я уверен, что ни один из этих планов Эрста Сероборода не был претворен в жизнь. Однако же вот здесь Ярдли пишет следующее. — И Джоад, сунув нос в книгу, прочел: — «В связи с самым плачевным поворотом событий грабители сожгли многие дома и разграбили фамильные сокровищницы. Солдаты реагировали медленно, потому что были заняты на под­земных работах. Их заставили копать землю, точно про­стых крестьян». — Джоад опустил книгу и сказал: — Итак, какими же подземными работами они были заняты и за­чем копали землю? Я долгое время не мог отыскать более никаких упоминаний об этой подземной деятельности ни в самой Драс-Леоне, ни в ее окрестностях, пока… — Он по­ложил на стол красную книжку и выбрал другой, куда более увесистый том, толщиной, наверное, в целый фут. — Совер­шенно случайно… просматривая книгу «Деяния Тарадаса и другие тайны оккультных явлений, засвидетельствован­ные в эру людей, гномов и древнего народа эльфов»…

— В этой книге полно ошибок, — заметила Арья. Она стояла слева от стола, обеими руками опираясь о карту Драс-Леоны. — Ее автор крайне мало знал о моем древнем народе, а то, чего он не знал, он попросту выдумывал.

— Это вполне возможно, — согласился Джоад, — зато он очень много знал о людях, а нас в данный момент интере­суют именно люди. — Старый ученый аккуратно раскрыл толстый том примерно на середине и аккуратно опустил его на стол, прижав ладонью. — Великий Отхман, зани­маясь своими расследованиями, некоторое время провел в этих местах, изучая в основном Хелгринд и связанные с ним странные явления. Однако он считал, что и с самой Драс-Леоной что-то не так. Вот что он пишет: «Жители го­рода часто жалуются на странные звуки и запахи, которые просачиваются откуда-то из-под улиц и пола в домах, при­чем особенно они сильны по ночам. Эти явления невеже­ственные люди приписывают обычно духам, привидениям и прочим сверхъестественным существам, но если это дей­ствительно духи, то какие-то странные, не похожие на тех, о которых я когда-либо слышал или читал. Кроме того, из­вестно, что решительно все духи избегают замкнутых про­странств». — Джоад закрыл книгу и сказал: — К счастью, Отхман был достаточно въедлив и отметил на карте Драс-Леоны те места, где особенно часто слышались эти звуки. Посмотрите — и сами можете убедиться, что эти отметки образуют почти прямую линию, которая тянется через всю старую часть города.

— И ты думаешь, что как раз там и находится тун­нель? — спросила Насуада. И это прозвучало скорее как утверждение.

— Именно так, — кивнул Джоад.

Сидевший рядом с Насуадой король Оррин, который все это время молчал, решил высказаться:

— На мой взгляд, ничто из того, что ты показал нам, добрейший Джоад, не доказывает пока, что там действи­тельно существует некий туннель. Если под городом и есть подземное пространство, то это, скорее всего, какие-то погреба, или, возможно, катакомбы, или же еще какие-то помещения, имеющие выход в те строения, что находятся наверху. Но даже если там и есть некий подземный ход, неизвестно, продолжается ли он за пределы Драс-Леоны и куда именно он ведет. Возможно, прямо во дворец, а возможно, и никуда. Скорее всего, судя даже по твоему рассказу, строительство этого гипотетического подземно­го хода так никогда и не было завершено. Ты со мной не согласен?

— Нет, ваше величество. Во-первых, это, скорее всего именно туннель, если учесть его форму, — сказал Джоад. — Никакие погреба или катакомбы не могут быть такими узкими и длинными. Что же касается того, был ли этот подземный ход завершен… Нам известно, что им никогда не пользовались для каких-то конкретных целей. Но из­вестно также и то, что туннель этот действительно суще­ствовал. По крайней мере, в те времена, когда жил Отхман. А это значит, что этот туннель, или подземный ход, или не­что иное, это уж как вам больше понравится, Эрст должен был закончить хотя бы до определенной степени, иначе про­сачивание грунтовых вод его бы очень быстро разрушило.

— Ну, а где же вход в него — или выход, если угодно? — спросил король Оррин.

Джоад порылся в груде свитков и вытащил оттуда еще одну карту Драс-Леоны, на которой была также изображе­на часть ее окрестностей.

— Насчет этого я, конечно, не могу быть полностью уверен, но если туннель действительно ведет из города, то выход из него должен быть где-то здесь… — И Джоад ткнул указательным пальцем в какую-то точку на восточ­ной окраине города. Большая часть строений за предела­ми стены, ограждавшей и охранявшей сердце Драс-Леоны, была расположена на западной стороне города, ближе к озеру. Это означало, что из того места, на которое указал Джоад, хоть оно, похоже, и находилось в довольно безлюд­ной местности, куда ближе до центра города, чем из любо­го другого. — Однако точно сказать, так ли это, я не могу. Мне нужно лично побывать там и попытаться отыскать выход из туннеля.

Эрагон нахмурился. Он надеялся, что Джоад уже обна­ружил и вход, и выход из этого подземного туннеля.

— Тебя следует поздравить — это замечательное от­крытие, мой добрый Джоад, — ласково сказала старику Насуада. — Ты в очередной раз сослужил варденам не­оценимую службу. — Она встала со своего стула с высокой спинкой, похожего на трон, и тоже наклонилась над расстеленной картой. Подол ее платья шуршал, касаясь земляного пола. — Хотя, если мы пошлем в эту местность разведчиков, то рискуем обратить на это внимание про­тивника. Предположим, что подземный ход действитель­но существует, однако он может оказаться для нас прак­тически бесполезен и даже опасен, если Муртаг и Торн будут поджидать нас у его противоположного конца. — Она посмотрела на Джоада. — Как ты думаешь, насколь­ко этот туннель широк? Сколько человек одновременно смогут пройти там?

— Не могу сказать. Возможно…

Орик прокашлялся:

— Земля здесь мягкая, глинистая, с большим количе­ством ила — это ужасно для строительства туннелей. Если у Эрста была хоть капля разума, он бы никогда не стал планировать для отвода городских стоков один большой канал, а создал бы несколько, но меньшего размера, что­бы уменьшить риск провалов и образования каверн. Тог­да я бы предположил, что каждый из них примерно ярд в ширину.

— Слишком узко для того, чтобы там одновременно могли пройти даже двое, — сказал Джоад.

— Да, слишком узко, разве что один кнурла пройти смо­жет, — подтвердил Орик.

Насуада вернулась на свое место и уставилась на карту невидящими глазами, словно смотрела куда-то вдаль.

Некоторое время все молчали, потом Эрагон сказал:

— Я мог бы поискать этот туннель, с помощью магии став невидимым. Часовые меня не заметят.

— Возможно, — прошептала Насуада. — Однако мне по-прежнему не нравится эта идея — не годится, если ты или кто-то другой станет там шнырять. Слишком велика веро­ятность, что это все-таки заметят. А что, если за выходом из туннеля наблюдает Муртаг? Его ты тоже смог бы прове­сти? Ведь ты даже не знаешь, на что он теперь способен! — Она покачала головой. — Нет, мы должны действовать осто­рожно, но так, словно этот подземный ход действительно существует. И решения принимать в соответствии с этим. Если же события докажут обратное, мы не пострадаем. Но если Джоад прав, то… мы могли бы раз и навсегда овладеть Драс-Леоной.

— Что ты задумала? — с подозрением спросил король Оррин.

— Нечто весьма смелое, нечто… неожиданное.

Эрагон негромко фыркнул:

— Тогда тебе надо с Рораном посоветоваться.

— Уверяю тебя, Эрагон, для этого Роран мне совершен-но не требуется.

Насуада снова умолкла. Все, включая Эрагона, терпе­ливо ждали, когда она заговорит снова. Наконец она встре­пенулась, вышла из задумчивости и сказала:

— Значит, так: посылаем маленький отряд воинов, ко­торый проберется в город и изнутри откроет нам ворота…

— И ты думаешь, что маленький отряд с этим справит­ся? — прервал ее Орик. — Между прочим, ворота охраняют сотни воинов. К тому же, если ты случайно об этом забы­ла, на городской стене или где-то поблизости ошивается гигантский огнедышащий ящер. Уж он-то наверняка про­явит интерес к кучке глупцов, осмелившихся в открытую слоняться у самых ворот. Это если еще не принимать во внимание самого Муртага!

Не желая, чтобы обсуждение столь важной темы завер­шилось провалом, Эрагон заявил:

— А с Муртагом могу справиться я.

Он ожидал, что Насуада сразу же отвергнет его пред­ложение, но она удивила его тем, что сперва глубоко заду­малась, а потом вдруг сказала:

— Хорошо. Попробуем.

И ни один из приготовленных Эрагоном аргументов не потребовался. Он в полном изумлении смотрел на Насуа­ду. Было похоже, что она и сама сделала для себя примерно те же выводы, что и он.

Сразу же все заговорили разом, пытаясь перекричать Друг друга. Но вскоре Арье удалось остановить эту шумную дискуссию, и она обратилась к Насуаде:

— Нельзя подвергать Эрагона такой опасности. Ты не должна этого допускать. Это неразумно. Пошли вместо него кого-нибудь из заклинателей Блёдхгарма. Я знаю, они согласятся помочь. Эльфы — отличные воины, ничуть не хуже тех, кого ты сама можешь предложить. Включая Эрагона.

Насуада покачала головой:

— Никто из подручных Гальбаторикса не осмелится убить Эрагона — ни Муртаг, ни маги, ни даже простые сол­даты. Мы должны этим воспользоваться. Кроме того, Эра­гон самый могущественный наш маг, и только у него может хватить сил, чтобы открыть эти ворота. Так что у него са­мый большой шанс на успех из всех нас.

— А если его возьмут в плен? Он же не сможет в одиноч­ку противостоять Муртагу. И ты это знаешь!

— А мы отвлечем Муртага и Торна. Это и даст Эрагону возможность осуществить задуманное.

Арья вздернула подбородок:

— Как? Как ты будешь их отвлекать?

— Мы сделаем вид, будто пошли на штурм Драс-Леоны вот отсюда, с южной стороны. Сапфира облетит город, поджигая дома и убивая солдат на стенах, и у Торна с Мур­тагом просто не будет иного выхода: им придется начать на нас охоту. Особенно если все это время Эрагон будет как бы летать верхом на Сапфире. Блёдхгарм и его за­клинатели наверняка сумеют создать двойника Эрагона, они уже делали это и раньше. И пока Муртаг не подлетит к нему слишком близко, он и не узнает, что это не настоя­щий Эрагон.

— Значит, ты определенно намерена так действовать? -Да.

Лицо Арьи окаменело.

— Тогда я пойду вместе с Эрагоном! — заявила она.

И Эрагон сразу ощутил невероятное облегчение. Он и раньше надеялся, что Арья пойдет с ним, но не был уверен, можно ли просить ее об этом, и боялся, что она откажется.

Насуада вздохнула:

— Ты — дочь королевы Имиладрис, и я не хотела бы под­вергать тебя такой опасности. Если тебе суждено погиб­нуть… Вспомни, как реагировала твоя мать, когда решила, что Дурза тебя убил. Вардены не могут позволить себе по­терять поддержку вашего народа.

— Моя мать… — И Арья, не договорив, плотно сжала губы и немного помолчала. Затем сухо сказала: — Смею заверить тебя, госпожа Насуада, королева эльфов Ими­ладрис никогда не оставит варденов в беде, что бы ни случилось со мной, ее дочерью. Это тебя совершенно не должно беспокоить. Короче, я непременно буду сопро­вождать Эрагона и возьму с собой двоих заклинателей Блёдхгарма.

Насуада покачала головой:

— Нет, в лучшем случае — одного. Муртагу известно, скольким эльфам поручено защищать Эрагона. Если он заметит, что двоих не хватает, он может заподозрить ло­вушку. И потом, Сапфире может понадобиться вся возмож­ная помощь с нашей стороны, чтобы не угодить в лапы Муртагу.

— Три воина — слишком мало для выполнения такой за­дачи, — стояла на своем Арья. — Мы не сможем обеспечить безопасность Эрагона. И вряд ли сумеем открыть город­ские ворота.

— Но ведь с вами может пойти и кто-то из заклинате­лей Дю Врангр Гата.

На лице Арьи мелькнула едва заметная насмешка.

— Никто из этих заклинателей не обладает достаточ­ным умением и могуществом. Мы окажемся в абсолютном меньшинстве — один к ста, а то и больше. Нам, возможно, придется сражаться не просто с умелыми фехтовальщика­ми, но и с опаснейшими опытными магами. Только эльфы или Всадники…

— Или шейды, — прогрохотал Орик.

— Или шейды, — согласилась Арья, хотя Эрагон видел, до чего она раздражена, — при таком соотношении сил могут надеяться на победу. Но даже и тогда ничего нельзя будет сказать наверняка. Позволь нам взять двоих закли­нателей Блёдхгарма, Насуада. Никто другой для выполне­ния подобной задачи не годится. Во всяком случае среди варденов.

— А я кто, по-твоему? Рубленая печенка?

Все повернулись в ту сторону, откуда донеслось это воз­мущенное восклицание, и из темного угла в задней части шатра появилась травница Анжела. Эрагон даже и не знал, что она там притаилась.

— Вот уж странно, — задумчиво сказала Анжела, — с чего это я вздумала сравнивать себя с рубленой печенкой? Если уж выбирать какой-то орган, то куда интересней выбрать желчный пузырь или тимус… Они, право, куда интерес­нее, чем печень. Как, например, насчет рубленого тиму… — Она сама себя прервала и улыбнулась. — Ну, я полагаю, это совершенно не важно. — И она, задрав голову, посмотрела на Арью. — Ну что, не станешь ты возражать, если с вами пойду я? Что ж ты молчишь, эльфийка? Во всяком случае, я не из варденов. Строго говоря — не из варденов. И мне хочется дополнить этот ваш квартет и стать четвертой.

К огромному удивлению Эрагона, Арья кивнула и сказала:

— Конечно, мудрейшая. Я не хотела тебя обидеть. Для нас было бы большой честью, если бы ты согласилась пой­ти с нами.

— Вот и хорошо! — воскликнула Анжела. — Значит, ты тоже возражать не будешь? — Это она сказала, обращаясь уже к Насуаде.

Насуада, явно несколько смущенная, покачала головой:

— Раз ты сама так хочешь… И если Эрагон и Арья не возражают… В общем, у меня, полагаю, нет ни малейших причин не разрешить тебе этого. Хотя я просто не пред­ставляю, зачем тебе-то туда соваться!

Анжела с заносчивым видом тряхнула кудрями:

— А ты думаешь, я стану объяснять тебе каждое свое ре­шение? А впрочем, скажу, если это удовлетворит твое лю­бопытство. Допустим, я давно уже точу зуб на жрецов Хел­гринда, и мне бы очень хотелось сделать им какую-нибудь пакость. И потом, если объявится Муртаг, у меня в рукаве найдется парочка подходящих фокусов, чтобы заставить его как следует повертеться.

— Хорошо бы еще Эльву попросить пойти с нами, — сказал Эрагон. — Если кто и может помочь нам избежать опасности…

Насуада нахмурилась.

— В последний раз она, по-моему, весьма четко обозна­чила свою позицию. Во всяком случае, я точно к ней на по­клон не пойду. И не буду даже пытаться убедить ее, чтобы она свое решение переменила.

— Я сам попробую с ней поговорить, — сказал Эрагон. — Я — единственный, на кого она действительно сердита я и должен просить ее о помощи.

Насуада разгладила подол своего золотистого платья и принялась теребить украшавшую его бахрому. Потом вдруг сказала:

— Делайте, как хотите! Хотя мне очень не нравится эта идея. Посылать ребенка, даже такого одаренного, как Эльва, навстречу опасности… Впрочем, она, я полагаю, более чем способна постоять за себя.

— Только до тех пор, пока боль того, кто с нею рядом, не возьмет над нею верх, — заметила Анжела. — Пом­нится, после некоторых последних сражений она валя­лась без движения, свернувшись клубком, и едва могла дышать.

Насуада перестала перебирать бахрому и с самым се­рьезным видом посмотрела на Эрагона:

— Эльва непредсказуема. И даже если она согласится пойти с вами, будь очень осторожен, Эрагон.

— Буду, — пообещал он.

Затем Насуада принялась обсуждать различные про­блемы с Оррином и Ориком, и Эрагон совершенно пере­стал их слушать, поскольку мало что мог добавить к их расчетам.

Оказавшись наедине с самим собой, он мысленно об­ратился к Сапфире, которая через него слушала происхо­дившие в шатре споры.

«Ну, — спросил он, — а ты что думаешь? Что-то ты уж больно притихла. Я был почти уверен, что ты и сама вы­скажешься, когда Насуада предложила эту тайную вылазку в Драс-Леону».

«Нет, мне нечего было ей возразить. Это хороший план».

«Так ты с ней согласна?!»

«Мы с тобой давно уже перестали быть неуклюжими малышами, Эрагон. Наши враги, может, и свирепы, но и мы не хуже. Настала пора напомнить им об этом».

«А тебя не тревожит, что нас с тобой могут разделить?»

«Конечно, тревожит, — проворчала она. — Куда бы ты ни пошел, враги слетаются к тебе, точно мухи на мед. Од­нако и ты теперь не так уж беспомощен, как был когда-то». — И в ее голосе послышалось явное удовлетворение.

«Вот как?!» — с притворным возмущением воскликнул Эрагон.

«Ну, я хотела сказать, что теперь твой укус стал куда опасней, чем прежде».

«И твой тоже!»

«Хм… Я полечу на охоту. Собирается жуткая буря, а на таком ветру можно и крылья переломать. К тому же вряд ли у меня потом будет возможность как следует поесть, осо­бенно если мы пойдем на штурм».

«Благополучной тебе охоты», — сказал Эрагон.

И, чувствуя, что Сапфира прервала с ним мысленную связь, он вернулся к обсуждению планов по захвату Драс-Леоны, понимая, что и его жизнь, и жизнь Сапфиры будет зависеть от тех решений, которые примут Насуада, Орик и Оррин.